ВКЛЮЧИТЕ УВЕДОМЛЕНИЯ
ВКЛЮЧИТЕ УВЕДОМЛЕНИЯ
Back To Top Back To Top

В Беларуси возводят лабиринт из 200-миллионолетних деревьев. Интервью с основателем

В Беларуси возводят лабиринт из 200-миллионолетних деревьев. Интервью с основателем
ОПУБЛИКОВАНО — 03.02.2019
ПОДЕЛИЛИСЬ — 44
ПРОЧИТАЛИ — 4902

Мало кто знает, но в Беларуси сейчас создается уникальное место, которое через несколько лет ярко выделит нашу страну на карте экологического туризма. Предмет будущей национальной гордости, знаковый природный объект — проект «Гинкго лабиринт» Александра Жерносека. Kvadrat.io поговорил с Александром и узнал, почему тот не планирует зарабатывать на проекте, чем гинкго лучше сосен и берез, а также узнал есть ли польза от огромного парка, засаженного экзотическими (или нет?) реликтовыми деревьями.

«За привычными заботами мы не замечаем, какой вред наносим окружающему миру»

— Почему вы решили стать дауншифтером и повлиял ли этот поступок на решение заняться парком в будущем?

— Я всю жизнь прожил в городе, но всегда лучше чувствовал себя на природе, с детства. Леса, реки, озера, где мы с друзьями и родителями проводили много времени с палатками... Когда закончилось детство, страсть к природе ушла на второй план, хотя чем бы я ни занимался (от радиоинженерии до бизнеса и художественной фотографии), везде получалось достигать хороших результатов. Но только в последнее десятилетие, начав жить в окружении природы, я стал действовать по-настоящему осознанно.

Не думаю, что лучше других знаю, как правильно жить. Каждый сам выбирает, как распоряжаться собственным временем на этой планете. Но мы так привыкли потреблять все и вся, что на фоне привычных городских забот не видим, как наша деятельность сказывается на окружающем мире.

— Как вы зарабатываете на жизнь сейчас?

Как хороший фотограф я мог устанавливать высокие цены за свои услуги. Но затем я перестал позиционировать себя как коммерческий фотограф, чтобы не стать «машиной внутри машины». Сейчас иногда даю частные уроки фотографии, провожу индивидуальные консультации по тому, как перейти на здоровый образ жизни — с гармоничной физической активностью и оздоравливающей диетой.

— Для вас это бизнес? Планируете ли вы в будущем сделать парк одним из источников вашего дохода?

— Смотря что понимать под доходом. Накопительством заниматься не собираюсь: это противоречит моему пониманию свободы. Но чтобы создавать экологические инициативы, программы помощи природе, необходимы деньги и вовлеченность профессионалов. Так что да, если общество будет поддерживать нас финансами, то мы сможем действовать еще активнее и эффективнее.

Может быть, проект «Гинкго лабиринт» и сможет приносить доход, но не с продажи деревьев или билетов. А в качестве объекта, где станет престижно посадить собственное именное дерево, за которым можно будет наблюдать через Интернет, у которого будет именная страница на сайте. За деревом будут осуществлять особый уход в течение 10 лет, его занесут в Таблицу Именных Деревьев Ginkgo Labyrinth и навечно оставит в «памяти» интернета имя его спонсора или компании. Но а молодые саженцы из питомника мы будем раздавать бесплатно всем желающим.

«Это будет парк-лабиринт или даже дворец, созданный из живых деревьев»   

— Почему будущий парк вы назвали лабиринтом? Насколько в нем реально можно будет заплутать и какова развлекательная функция парка?

— Формой питомника мы выбрали символ «бесконечный узел». Он сам по себе уже почти лабиринт. А на третьем этапе проекта мы заблокируем молодыми деревьями прямые коридоры в различных местах, создав тупики лабиринта. Так, зайдя с одной стороны, гость должен будет поплутать, чтобы найти выход с другой. Чем взрослее будут становиться деревья, тем более закрытыми станут внутренние десять «комнат», а дорожки начнут превращаться в коридоры со сводами из крон гинкго... Когда-нибудь лабиринт зарастет так, что будет создавать ощущение пребывания в замке, созданном из живых деревьев. Правда, это будет еще не скоро.

— На какой площади расположится парк? Будет ли куда расширяться в случае успеха проекта Ginkgo Labyrinth в Беларуси?

— Площадь питомника-лабиринта сопоставима с площадью стандартного для Беларуси деревенского участка. Но он является всего лишь частью гораздо большей территории - около 2 Га, где уже пару лет закладывается парк редких видов растений, реликтов, а также роща из орехоплодных деревьев, косточковый сад, «кислый» сад, уже растут довольно взрослые лиственницы, сосны, облепиховые деревья…

Вокруг лабиринта из гинкго достаточно места для его расширения, но я не уверен, что это нужно делать. Мы бы хотели, чтобы этот объект «расширялся» иначе — в пространство отношений между единомышленниками. Чтобы молодые саженцы из питомника-лабиринта постепенно переезжали жить в приусадебные участки и общественные парки по всей Беларуси!

— Какие виды растений вы хотели бы видеть здесь? Стоит ли строить оранжереи и высаживать экзотические теплолюбивые виды в стране с нашим климатом?

— Я бы хотел заниматься культивированием тех растений, которые сами смогут выживать в будущем. Какой смысл строить дорогие оранжереи, если растения, обитающие в ней, никогда не станут самостоятельными?

К счастью, есть большое количество экзотов, реликтов и краснокнижных растений, росших ранее в этих местах или способных расти в нашем климате. В отличие от европейских стран, на территории нынешней Беларуси последние 100-200 лет не проводилась серьезная работа по обогащению флоры. Именно поэтому сейчас так много говорят о ее слабости.

А ведь разнообразие видов — естественный и единственно работающий механизм саморегуляции в природе. В сильной системе на каждого «хищника» и «невежду» найдется управа в виде других равных ему в той же среде. Но это возможно, только если будет много разных по свойствам участников. Иначе, как в ровном строю из одинаковых рафинированных домино, когда случайно падает одна костяшка— неминуемый конец ждет всю «картину».

— Станет ли парк аналогом Ботанического сада, только открытого и бесплатного?

— Больше, чем Ботанический сад НАН Беларуси, трудно сделать парк даже с государственными возможностями. Мы же — частная инициатива. Зато если многие по нашему примеру захотят следовать идее создания парков, думая в первую очередь о нуждах природы, чтобы облагородить и разнообразить ее флору и фауну, то вся республика вполне сможет стать огромным парком.

«Гинкго можно начать выращивать даже в квартире»    

— Насколько часто эти растения плодоносят и сколько стоит партия семян, откуда вы их получаете?

— Семена нам привозят из Украины и вообще всей Европы, а также из Японии. Мы знаем, что первые два дерева гинкго начали плодоносить и в Беларуси — в районе Гомеля. Надеемся, они тоже попадут к нам для создания генетического разнообразия. Гинкго — это дико популярное дерево среди ботаников и ландшафтников во всем мире, и цены на семена взвинчены. Хотя поставщики уже делают нам скидки за количество и регулярность, но приходится платить сотни долларов за небольшую партию. Иногда друзья сами собирают семена и привозят их специально для нас.

— Для чего вы запустили крауд-компанию? Ведь участники, получившие семена, необязательно посадят деревья в будущем питомнике — они могут увезти их с собой. Как же тогда будет увеличиваться количество посаженных деревьев?

— Каждый год мы будем высаживать деревья в питомник-лабиринт тысячами. Те, что уедут жить в другие места, снова заменим на молодые ростки. Так в течение нескольких лет мы омолодим половину питомника, а вторая часть (чередуя через одно дерево), будет всегда оставаться нетронутой, образуя основной периметр лабиринта.

— Сколько деревьев на данный момент высажено в парке? Какие планы по высадке на ближайшие годы? В долгосрочной перспективе — когда парк в 10 000 деревьев будет полностью готов?

Сейчас у нас около 3500 однолетних и еще около сотни гинкго разного возраста вплоть до пятилетних. В прошлом году мы только готовили периметр для высадки, выкапывая траншеи и обогащая затем их питательным грунтом. В этом году все имеющиеся у нас деревья высадим в лабиринт. Количества в 10 000 мы сможем достичь через несколько лет, добавляя каждый год по 3-5 тысяч новых ростков.

— За какое время дерево вырастает до 2 метров? Какова его максимальная высота? И сколько лет может прожить одно здоровое дерево?

Гинкго билоба достигает 30-40 метров в высоту, у нас — до 20 метров. Скорость роста средняя, однако чем длиннее зима, тем медленнее растет дерево. По мере потепления местного климата скорость годового прироста станет увеличиваться. Гинкго, выращенное из косточки (а только так можно получить стойкий к условиям на этой территории экземпляр), достигает 2 метров примерно за 10 лет и  ускоряется в росте достигая темпа прироста 30-50 см в год. Живут гинкго билоба 2-3 тысячи лет. Но возраст некоторых деревьев достигает даже 5 тысяч лет.

— Раз уж деревья гинкго растут долго, можно ли начать выращивать дерево в квартире?
Да, мы советуем первые два-три года держать молодой росток гинкго дома. На второй год можно и нужно выставлять зимовать его на балкон, если температура там не ниже -5 градусов и нет прямых лучей солнца. Более точная инструкция о том, как вырастить собственное гинкго, на сайте www.ginkgo.by. Ну и пока еще есть возможность получить семена этого дерева за небольшую спонсорскую помощь проекту.

«Хотим побудить людей быть внимательнее к нуждам природы»  

— Есть ли где-нибудь в мире сопоставимые по размеру или большие скопления этих деревьев? Станет ли Беларусь уникальным природным объектом после того, как парк будет готов?

— Нам такие не известны. Их просто нет. Есть аллеи, парки, сады и даже огромные коммерческие плантации гинкго. Но нет лабиринта из гинкго, к тому же созданного в виде древнего символа, а тем более — в формате социального проекта, привлекающего внимание к проблемами экологии и, в частности, к исчезновению диких лесов. Это самый важный аспект всего проекта — побудить людей быть внимательнее к нуждам природы и перестать думать только о ее эксплуатации.

— Просчитывали ли вы каким-либо образом фактическое влияние такого парка на экологию нашей страны?

— У гинкго билоба не было найдено ни одного недостатка в сфере влияния на другие виды растений и природу целиком. Дерево ввозится легально, используется повсеместно в ландшафтном дизайне. Даже появилась новость, что его начнут высаживать государственные лесхозы РБ. Поэтому опасаться за целостность экологического равновесия в данном случае странно. Сажать гинкго не опаснее, чем абрикос.

А вот хорошее влияние оно способно оказать, создав в будущем «подушку безопасности» в образующейся экологической дыре (возникшей из-за болезней всех хвойных, особенно елей и сосен). Сосны и березы составляют 80% всех деревьев в Беларуси, и к сожалению они подвержены массовым болезням. Например один из способов защитить от заболеваний еще здоровые деревья - это вырубать и сжигать большие территории зараженных. Но хуже всего то, что на их место нет гарантированной замены, а гинкго смогли бы ей стать.

Гинкго отлично зарекомендовало себя как «очиститель экологии» в крупных городах. Такая проблема стоит и в нашей республике. Остальные привычные нам деревья гибнут от загрязнений почвы и воздуха или быстро стареют.

Еще деревья гинкго дают плоды в виде семечек, похожих на небольшие орешки. Они съедобны для людей и животных, что в свою очередь позволит флоре диких лесов самостоятельно восстанавливаться, а людям — обогатить свой рацион очень полезным и вкусным продуктом.

— Какие цели вы преследуете, заявляя о будущем бесплатном распространении саженцев из парка-питомника для всех желающих?

В детстве я выращивал на своем балконе сосну — просто в ведре. Следил за ней, поливал ее и огорчался, когда та болела. Наблюдая за посаженным лично деревом, понимая, что, возможно, не застанешь его плодоносящим, не увидишь, каким большим оно вырастет, человек становится более внимателен к природе в целом, ориентируется на более альтруистичные цели. Нашему сознанию приходится переориентироваться на новый вид когнитивной деятельности с новыми ценностями и обращать внимание на не заметные ранее аспекты в окружающем мире.

Сейчас действительно важно начать думать по-новому. В 2018 году 15.000 ученых призвали мировое сообщество к срочным активным действиям в изменении отношения общества к экологии, потому что все точки невозврата пройдены. Природа быстро увядает, переходя в состояние регрессии.

«Я бы хотел видеть Беларусь парком для деревьев и животных, где человек был бы благодарным гостем»    

— Хотели бы вы создать некое медитативное место для паломничества, для того чтобы люди приезжали сюда отдохнуть наедине с природой и вспомнить свои корни? Или вам ближе концепция более массового места: с развитой инфраструктурой, развлечениями и ориентацией на максимально широкую аудиторию?

— Мы точно не ориентированы на активный отдых и праздную аудиторию. А вот место для созерцания, уединения, отдыха наедине с природой, возможно, и сделаем. Мы бы хотели внедрить моду на личные ландшафтные парки, которые могут создаваться с целью культивирования редких и вымирающих видов растений, возможно — даже поселения диких видов животных и птиц.

В мире среди по-настоящему богатых людей стало трендом покупать огромные площади уничтоженных хозяйственной деятельностью территорий — и делать затем на этих местах дикие леса, никак их не используя. Зачем? Просто чтобы восстанавливать местные экосистемы. Сейчас стало так легко построить себе огромный дом, купить самолет, но так трудно найти место, где человек не умудрился бы наследить и, откровенно говоря, нагадить. Поэтому дикие пространства дорогого стоят, но их еще можно создавать самим.

Я бы хотел видеть Беларусь парком для деревьев и животных, где человек был бы благодарным гостем и создавал свою инфраструктуру осторожно и обдуманно, ориентируясь на современные экологичные виды хозяйственной деятельности. Для этого у нашей страны есть все потенциальные возможности.

«Если кто-то захочет «украсть» идею, мы только поддержим»  

— Без инфраструктуры все равно не обойтись. Что есть сейчас для приема гостей и волонтеров, что планируете сделать в будущем?

— Есть гостевые площади, удобства и т. п. Многое можно дорабатывать, тем более что я выкупил еще пару участков по соседству, и при необходимости их можно использовать. Но я не собираюсь развивать в своей усадьбе экологический туризм. Я готов принимать только единомышленников, друзей и помощников наших проектов. Заниматься развлечением праздно отдыхающих туристов однозначно не моя мечта. Мне не нужно ради денег становиться обслуживающим персоналом для всякого рода искателей развлечений «на природе».

— Вы бы хотели в будущем создать франшизу и распространить подобные парки во всех областях Беларуси и даже за ее пределами?

— На данный момент интерес к нашей идее уже есть в России, Казахстане. Думаю, она будет интересной во многих местах мира, тем более, что символы, использованные в ней, и заложенные цели являются общечеловеческими в контексте приоритетных для всей цивилизации. Мы не ставим религиозных рамок, политических ориентиров и не являемся представителями какой-либо коммерческой организации. Это частная инициатива, и если кто-то захочет «украсть» идею, пусть связывается с нами, чтобы перенять наш опыт, — мы только поддержим.

— Приведите несколько конкретных, подтвержденных примеров использования гингко в медицине и косметике: название конкретных лекарств, брендов, которые используют их в косметике, и т. д.

— Я не использую никакие лекарства, в том числе на основе гинкго билоба. Но знаю, что они позиционируются как средства для лечения болезней старения организма, для восстановления функций мозга и регенеративных функций тканей. Может, их лекарственная польза и вовсе преувеличение, как, например, когда-то ягоды годжи были раскручены как суперфуд, а оказались «пустышками».

Мы создаем этот проект, руководствуясь совсем иными и даже противоположными целями, чем очередная попытка эксплуатации человеком нового растения в эгоистичных целях. Но если изготовители лекарств спонсируют посадку своих именных деревьев, мы не откажем: любой имеет право участвовать!

«Беларусь не для варварских развлечений вроде охоты, а для наблюдений за дикой природой»   

— Вы уже прикипели к своей земле? Нет ли желания развить в Беларуси крутой маршрут для экотуристов и отправной точкой сделать именно парк-лабиринт? И параллельно с ведением парка продвигать Беларусь как страну экотуризма, приглашать сюда людей и организовывать туры?

— Да, если наша страна станет когда-нибудь туристической не для варварских развлечений вроде охоты, а для наблюдений за природой в ее диком виде, заботы о ней, сохранения и преумножения ее многообразия. Тогда большое количество людей из других стран захотят приехать и помогать, участвовать как волонтеры, как экотуристы или, став меценатами, развивать нашу страну как огромный парк. Согласитесь, гораздо лучше привлекать к нам защитников жизни, чем любителей ее отбирать!

— Сегодня вы предлагаете персонификацию деревьев для спонсоров и меценатов. Не планируете ли вы в дальнейшем сделать эту услугу доступной для каждого, кто захочет посадить дерево в вашем питомнике?

— Мы хотели бы создать моду среди «людей города», которые не могут или не хотят лично заниматься выращиванием деревьев, но были бы рады получить возможность «посадить» свое спонсированное дерево и даже не одно! Мы любим заниматься непосредственно деревьями. Но есть и те, кто, как и мы, искренне хочет быть участником экологического движения, но занят в совсем других сферах деятельности. Такой человек или организация должны иметь возможность не выходя из дома или офиса стать попечителем личного дерева, помогая тем самым развиваться экологической инициативе.

Спонсор сможет назвать свое дерево любым именем, выбрать место, где оно будет расти. А на самом дереве будет бирка с QR-кодом, ссылающимся на его именную страницу на сайте www.ginkgo.by. Это же так интересно: спонсированное тобой дерево будет расти 3000 лет и навсегда окажется «скреплено» с твоим именем! Например, дерево гинкго в Китае, посаженное лично императором Китая 1400 лет назад, сегодня является охраняемым национальным памятником.

— Не опасаетесь ли вы, что государство в самый пиковый момент придет и «приватизирует» землю со всеми деревьями, а дальше — распорядится ими по своему усмотрению?

— Чтобы государству забрать землю, которую оно же и выдало, нужны веские основания, стратегические интересы, так сказать. Наш клочок земли труднодоступен для техники, зажат между озерами, расположен на пересеченной местности, и доступ к нему есть только по кромке водоохранной зоны или через частные территории домов. Государство отдает такие места в частные руки очень охотно, потому что иначе эту территорию нужно облагораживать самим сельсоветам. А это неинтересно и невыгодно.

Но вообще, если потребуется, будем судиться и отстаивать свои интересы. Хороший юрист в нашем проекте уже есть. Но, боюсь, у государства в ближайшие 50-100 лет будет очень много гораздо более глобальных проблем, чем какой-то лабиринт на частной территории.

«Как говорит Илон Маск, должно быть что-то, что будет мотивировать вас просыпаться по утрам»

— Допустим, парк вырос. В нем находятся тысячи деревьев и очень много — именных. Насколько свободно в дальнейшем будет осуществляться к ним доступ, ведь все-таки это частная территория?

—  Территория-то частная, но парк будет доступен для общественности, когда он уже не будет нуждаться в нашей постоянной поддержке, когда деревья вырастут. Мы живем рядом, поэтому следить за парком можно всегда. Технологии быстро развиваются. Уже через несколько лет, если самим окажется в тягость, охранять все вокруг сможет ИИ через личный гугл-аккаунт, высылая сторожевой дрон, чтобы встречать посетителя или зафиксировать личность злоумышленника. Уверен, мы сможем как-то отрегулировать эти вопросы.

— Кому вы планируете завещать свое дело, кто станет вашим преемником по поддержанию парка?

Логичнее всего, если это будет благотворительный фонд по защите дикой природы. Но не думаю, что для идеи нужен конкретный преемник, если она актуальна для всех и несет пользу окружающему миру. Парк станет частью ландшафта. А результатом, который не нуждается в юридических ограничениях, будет формирование у людей нового типа мышления, а заодно — и появление вдохновения.

Как говорит Илон Маск, должно быть что-то, что будет мотивировать вас просыпаться по утрам. К сожалению, он прав. Мы надеемся, что благодаря нашему проекту многие смогут увидеть для себя перспективы в деятельности, важной для всей цивилизации: восстановление и охрана диких лесов, возможность быть частью этичного общественного движения, создающего что-то новое в нашей стране... Если это произойдет — наша цель будет достигнута.

А нам можно будет начинать думать о новом экологическом проекте. Идей ведь всегда намного больше, чем мы успеваем реализовывать. И для меня важнее, чтобы эти идеи уменьшали количество страданий в нашем мире, чем озадачиваться обладанием прав преемственности на них.

От редакции: поддержать проект “Гинкго-Лабиринт” можно, перейдя по ссылке.

Фотографии для публикации предоставлены героем статьи и сняты на территории усадьбы "Тихий сад".

Мы в социальных сетях
БОДРАЯ ЕЖЕНЕДЕЛЬНАЯ РАССЫЛКА
Читайте также: